Хромченко: ТВ-популярность имеет неожиданный эффект

Limon.ee
Copy
Обращаем ваше внимание, что статье более пяти лет и она находится в нашем архиве. Мы не несем ответственности за содержание архивов, таким образом, может оказаться необходимым ознакомиться и с более новыми источниками.
Эвелина Хромченко
Эвелина Хромченко Фото: SCANPIX

Она начинала с радио, потом занималась пиаром, растила российский глянец, муштровала гвардию юных фэшн-дизайнеров, фотографов, стилистов и журналистов. Теперь Эвелина Хромченко ежедневно приходит в каждый дом с экрана Первого канала. Она говорит о моде – о платьях, туфлях, сумочках. Но в конечном итоге всегда о человеке, ведь эти платья, туфли, сумочки вполне способны изменить его судьбу.

Вы уже много лет успешно работаете на телевидении, ваша передача «Модный приговор» имеет отличные рейтинги. Но скажите честно, вам не надоело? Или телевидение сродни наркотику – попробовав раз, жить без него уже невозможно?

- Ваш вопрос подразумевает мысли о славе, а у меня жажда не славы, но познания. Для меня «Модный приговор» – это не ярмарка тщеславия, а научная лаборатория. Я делаю свою работу – рассказываю, что будет актуально завтра, что модно сегодня и как это применить в собственном гардеробе любому человеку. Тот факт, что у меня есть возможность благодаря Первому каналу рассказать об этом десяткам миллионов, а не сотням тысяч, с которыми разговаривает модный журнал, меня не может не радовать. Только в России аудитория Первого канала более 30 000 000, а ведь есть еще страны СНГ и россияне, живущие в США, Австралии, Канаде, Израиле, Бразилии, Германии, Великобритании, Франции, Италии, Восточной Европе… Благодаря опыту, получаемому на «Модном приговоре», у меня есть экспертиза, которой не может похвастаться ни один специалист в области моды, люкса и стиля жизни. Я точно знаю, что действительно нравится реальным российским покупателям, а чего они боятся. Я знаю всю линейку покупательских комплексов, которая напрямую влияет на спрос в области модной дистрибьюции. Я знаю стандартные типы и особенности фигур – в объемах, ростах и размерах. Я знаю все основные вопросы, которые посетители магазинов с удовольствием адресовали бы продавцам, если бы торговые работники были в состоянии на них ответить. Смею надеяться на то, что я тоже полезна «Модному приговору» – наш рейтинг неуклонно растет. А мое имя стабильно входит в топ-25 телеведущих по TNS Gallup Russia, пишет rus.tvnet.lv.

Изменила ли вас работа на телевидении? Конечно, об этом проще судить окружающим, но все-таки – каковы ваши личные ощущения?

- Работа на телевидении, как это ни странно, приучила меня проще смотреть на собственную внешность на картинке, в которую ты превращаешься на экране. И больше доверять другим. Я настолько уверена в своем парикмахере и визажисте, что могу даже в зеркало не смотреть перед тем, как войти в студию. Я знаю, что они сделали свою работу отлично. Такая же история и с одеждой. Я точно знаю, как на мне сидит та или иная вещь сама по себе и в комплекте с другими. Зеркало тут мало помогает: картинка, которую показывает камера, – важнее, а у нее иная, нежели у зеркала, оптика. И здесь я полностью доверяю режиссеру. Если ему нравится картинка – я спокойна. Однако узнаваемость, которую неизбежно дает телевидение, имеет неожиданный эффект. Незнакомые люди воспринимают тебя как хорошего знакомого – ведь ты присутствуешь в их жизни каждый день. Чаще, чем иные родственники. Зрители очень позитивны и очень себя со мной свободно чувствуют по ту сторону экрана. Подходят, общаются, дают советы, делают комплименты, просят о совместной фотографии или об автографе. Меня несколько смущает столь повышенное внимание в мой адрес. Но это – часть моей работы, и я стараюсь выполнять ее перфектно.

Среди героинь «Модного приговора» немало женщин, уже переставших себя таковыми ощущать, – хронически уставших, затюканных жизнью, своими мужьями. Короче говоря, ваша полная противоположность. Вам таких женщин жалко? Или вы ими возмущены?

- Ни то, ни другое. Врач не сюсюкает с пациентом и не ругает его за то, что он простыл и заработал пневмонию. Врач ставит диагноз и назначает лечение. Это его работа. Так же и тут. Я констатирую факты: диспропорции в миксе, ошибки в колористике, неверные композиции в прическе, некомплиментарная геометрия очков… И рассказываю, как именно эти проблемы исправить. Мне важна личная история человека, для того чтобы рекомендовать ему стилистику, в которой он будет чувствовать себя комфортно. Но в большей степени роль играют его конституция, его физические особенности, его контур и его природные цвета.

Наверх